Неточные совпадения
Где же тот,
кто бы на родном языке русской души нашей умел бы нам сказать это всемогущее слово: вперед?
кто, зная все силы, и свойства, и всю глубину нашей природы, одним чародейным мановеньем мог бы устремить на высокую жизнь русского человека? Какими словами, какой любовью заплатил бы ему благодарный русский человек. Но веки проходят за веками; полмиллиона сидней, увальней и байбаков дремлют непробудно, и
редко рождается на Руси муж, умеющий произносить его, это всемогущее слово.
Петр Петрович несколько секунд смотрел на него с бледным и искривленным от злости лицом; затем повернулся, вышел, и, уж конечно,
редко кто-нибудь уносил на
кого в своем сердце столько злобной ненависти, как этот человек на Раскольникова. Его, и его одного, он обвинял во всем. Замечательно, что, уже спускаясь с лестницы, он все еще воображал, что дело еще, может быть, совсем не потеряно и, что касается одних дам, даже «весьма и весьма» поправимое.
Но их мало, жизни нет, и пустота везде. Мимо фрегата
редко и робко скользят в байдарках полудикие туземцы. Только Афонька, доходивший в своих охотничьих подвигах, через леса и реки, и до китайских, и до наших границ и говорящий понемногу на всех языках, больше смесью всех, между прочим и наречиями диких, не робея, идет к нам и всегда норовит прийти к тому времени, когда команде раздают вино. Кто-нибудь поднесет и ему: он выпьет и не благодарит выпивши, не скажет ни слова, оборотится и уйдет.
Четвертый гость был совсем уже старенький, простенький монашек, из беднейшего крестьянского звания, брат Анфим, чуть ли даже не малограмотный, молчаливый и тихий,
редко даже с
кем говоривший, между самыми смиренными смиреннейший и имевший вид человека, как бы навеки испуганного чем-то великим и страшным, не в подъем уму его.
И если
кому обязаны были молодые люди своим воспитанием и образованием на всю свою жизнь, то именно этому Ефиму Петровичу, благороднейшему и гуманнейшему человеку, из таких, какие
редко встречаются.
На Сахалине попадаются избы всякого рода, смотря по тому,
кто строил — сибиряк, хохол или чухонец, но чаще всего — это небольшой сруб, аршин в шесть, двух — или трехоконный, без всяких наружных украшений, крытый соломой, корьем и
редко тесом.
Харитона Артемьевича не было дома, — он уехал куда-то по делам в степь. Агния уже третий день гостила у Харитины. К вечеру она вернулась, и Галактион удивился, как она постарела за каких-нибудь два года. После выхода замуж Харитины у нее не осталось никакой надежды, — в Заполье
редко старшие сестры выходили замуж после младших. Такой уж установился обычай. Агния, кажется, примирилась с своею участью христовой невесты и мало обращала на себя внимания. Не для
кого было рядиться.
Не с
кем стало словечка перемолвить Никитушке; отца видал он
редко, а от мачехи да от прислуги только бранные речи слыхал и каждый день терпел обиды: и щипки, и рывки, и целые потасовки.
Оба брата редко-редко, бывало, когда выедут в поле или на ригу, а меж тем ни у
кого так хорошо хлеб не родится, хоть земля была и не лучше соседской.
— Когда корабль соберется, когда властью и велением духа будут собраны люди Божьи во едино место в сионскую горницу, — ответила Варенька, — если будет на то воля Божия, и тебя допустят посмотреть и послушать, хоть ты пока еще и язычница…
Кто знает? Может быть, даже слово будет к тебе.
Редко, а это иногда бывает.
— Чего ей еще?.. Какого рожна? — вспыхнул Патап Максимыч. — Погляди-ка на него, каков из себя…
Редко сыщешь: и телен, и делен, и лицом казист, и глядит молодцом… Выряди-ка его хорошенько, девки за ним не угонятся… Как Настасье не полюбить такого молодца?.. А смиренство-то какое, послушли́вость-та!.. Гнилого слова не сходит с языка его… Коли Господь приведет мне Алексея сыном назвать,
кто счастливее меня будет?
Видя, как почтительно, с каким уваженьем ведет себя перед Марком Данилычем Самоквасов, замечая, что и родитель говорит с ним ласково и с такой любовью, что
редко с
кем он говаривал так, Дуня почаще стала заглядывать на Петра Степаныча, прислушиваясь к речам его. Слышит — он говорит про наследство.
Очень
редко бывает у нас, чтобы русский, не будучи беглецом, эмигрантом, нелегальным жителем, не имеющим гражданских прав в чужой стране (я таких в Париже не знавал ни одного на протяжении полувека),
кто бы, как Вырубов, решив окончательно, что он как деятель принадлежит Франции, приобрел звание гражданина республики и сделал это даже с согласия русского правительства.
Только Васин, старик фейерверкер и несколько других выходили
редко в траншею; остальных нельзя было удержать: все повысыпали на свежий, утренний воздух из смрадного блиндажа и, несмотря на столь же сильное, как и накануне, бомбардированье, расположились
кто около порога,
кто под бруствером.
Авансы, иногда даже и в крупном размере, он выдавал легко и охотно: все его сотрудники были должны ему, и на погашение долга вычитывалась часть их гонорара, но настолько незначительная, что долг, особенно при часто еще повторяемых выдачах,
редко у
кого покрывался весь в течении года.
Кто не знает старинной приметы, что дети, слишком много обещающие,
редко много исполняют.
Кто отдал свои силы гносеологии, тот
редко доходит до онтологии.
Но осуждающий
редко бывает любящим, и потому для него закрыта тайна человеческого сердца того,
кого он осуждает.
Плакала, слушая эту проповедь, почти навзрыд Сусанна; у Егора Егорыча также текли слезы; оросили они и глаза Сверстова, который нет-нет да и закидывал свою курчавую голову назад;
кого же больше всех произнесенное отцом Василием слово вышибло, так сказать, из седла, так это gnadige Frau, которая перед тем очень
редко видала отца Василия, потому что в православную церковь она не ходила, а когда он приходил в дом, то почти не обращала на него никакого внимания; но тут, увидав отца Василия в золотой ризе, с расчесанными седыми волосами, и услыхав, как он красноречиво и правильно рассуждает о столь возвышенных предметах, gnadige Frau пришла в несказанное удивление, ибо никак не ожидала, чтобы между русскими попами могли быть такие светлые личности.
Люди, освободившие себя от ручного труда, бывают умны, но
редко бывают разумны. Если так много пустяков и глупостей пишется, печатается и преподается в наших учебных заведениях, если все наши писания, музыка, картины так утонченны и малопонятны для всех, то происходит это от того, что все те,
кто занимается этими делами, освободили себя от ручного труда и живут расслабленной, праздной жизнью.
— Да, она удивительная девушка, — говорил он, стыдливо краснея, но тем с большей смелостью глядя мне в глаза, — она уж не молодая девушка, даже скорей старая, и совсем нехороша собой, но ведь что за глупость, бессмыслица — любить красоту! — я этого не могу понять, так это глупо (он говорил это, как будто только что открыл самую новую, необыкновенную истину), а такой души, сердца и правил… я уверен, не найдешь подобной девушки в нынешнем свете (не знаю, от
кого перенял Дмитрий привычку говорить, что все хорошее
редко в нынешнем свете, но он любил повторять это выражение, и оно как-то шло к нему).
— С величайшим удовольствием, — отвечал князь, — и позвольте мне прибавить от всей души, что я
редко в
ком встречал более благоразумного и ясного взгляда на такие дела… Но вот, кажется, и Алеша.
Священник торопливо отпел над могилой последнюю литию и спешно удалился с дьячком по другие требы; удалились и Лидинька с Сусанной читать надгробные надписи — обыкновенное занятие всех,
кто без особенного горя личной потери
редко посещает кладбища.
— Нет, идите; бодаться она
редко бодается… разве только
кто ей не понравится, — успокаивала баба, стремясь опять изловить кур и взять кричащее дитя.
Ежели редко-редко где покажутся верховые, то уже казаки с кордона и чеченцы из аула с удивлением и любопытством смотрят на верховых и стараются догадаться,
кто могут быть эти недобрые люди.
— Здесь все друг другу чужие, пока не помрут… А отсюда живы
редко выходят. Работа легкая, часа два-три утром, столько же вечером, кормят сытно, а тут тебе и конец… Ну эта легкая-то работа и манит всякого… Мужик сюда мало идет, вреды боится, а уж если идет какой, так либо забулдыга, либо пропоец… Здесь больше отставной солдат работает али никчемушный служащий, что от дела отбился.
Кому сунуться некуда… С голоду да с холоду… Да наш брат, гиляй бездомный, который, как медведь, любит летом волю, а зимой нору…
Из-за этого и сам трактирщик Кулаков меня подобострастно принимал, а уж Семка прямо в нитку передо мною тянулся. Он первым делом заявил мне, что теперь служит на отчете, а хозяин живет в своем имении и
редко приезжает. Рассказывал о старых общих знакомых —
кто сослан,
кто на высидке,
кто где «дельце обделал». Во время рассказа он на минутку отрывался к кассе получать деньги.
Или живет правитель или какой бы то ни было гражданский, духовный, военный слуга государства, служащий для того, чтобы удовлетворить свое честолюбие или властолюбие, или, что чаще всего бывает, для того только, чтобы получить собираемое с изнуренного, измученного работой народа жалованье (подати, от
кого бы ни шли, всегда идут с труда, т. е. с рабочего народа), и если он, что очень
редко бывает, еще прямо не крадет государственные деньги непривычным способом, то считает себя и считается другими, подобными ему, полезнейшим и добродетельнейшим членом общества.
У обеих сторон разгорелось чисто спортивное чувство:
кто —
кого? Напечатали о состязании в «Проснувшемся витязе». Но газета выходила
редко, три раза в месяц. Перенесли хронику борьбы в стенную газету-ильичовку. И весь завод с интересом следил за этой бешеной работою в карьер, превращенной обеими сторонами в завлекательную игру. С нетерпением ждали сводки за две недели.
К заводским калиткам уж начинают сходиться работницы, хотя пустят на завод только еще через двадцать минут. У одной из калиток девчата с ударного конвейера. С каждой минутой их подбирается все больше. Взволнованно глядят,
кого еще нету. Очень беспокоятся. Первый пункт их обязательства — спустить опоздания и прогулы до нуля. А многие живут в городе, трамвай № 20 ходит
редко, народу едет масса. Если не слишком нахален, ни за что не вскочишь.
Редко-редко
кто шепнет что-нибудь соседу, — два-три слова, почти не поворачивая головы, — и тот отвечал так же коротко и тихо, или даже одним только быстрым движением, взглядом, пожиманием плеч, улыбкою.
Из своего угла Анна Серафимовна видела, как вошел Палтусов, с
кем раскланивался, с
кем поговорил. Рогожина в этот вечер показалась ей особенно красивой. Они были с ней когда-то приятельницами и до сих пор на «ты». Анна Серафимовна
редко ездит к ней. Очень уж в этом доме «ветерок порхает», как она выражалась.
Зала, переделанная из трехэтажного базара, в этот ясный день поражала приезжих из провинции, да и москвичей,
кто в ней
редко бывал, своим простором, светом сверху, движеньем, архитектурными подробностями.
Яков вёл себя степенно: он никогда ни с
кем не дрался, даже кричал
редко.
Она никогда ни с
кем не разговаривала и даже дочь свою подзывала к себе знаками, лишь иногда — очень
редко — вскрикивая хриплым, задушенным голосом...
Он ссорился
редко, зато и ни с
кем особенно не был дружен, разве только с одним Сироткиным, да и то когда тот был ему нужен.
А однако же, при всем том, хотя, конечно, можно допустить и то, и другое, и третье, может даже… ну да и где ж не бывает несообразностей?.. А всё, однако же, как поразмыслишь, во всем этом, право, есть что-то.
Кто что ни говори, а подобные происшествия бывают на свете —
редко, но бывают.
— Тоже
редко бываю… не с
кем…
Посторонние люди теперь
редко заглядывали к Брагиным, да и те,
кто приходил, были не рады, потому что Татьяна Власьевна всех одолевала жалобами на свою бедность.
Редко и неохотно, по принятым им правилам, ручался он за
кого; но, когда ручался, тогда не требовали залогов.
Он по-прежнему не переставал думать о сыновьях своих, не переставал тосковать, ходил с утра до вечера сумрачен,
редко с
кем молвил слово, исключая, впрочем, дедушки Кондратия, с которым часто толковал об отсутствующих детях.
— Можно на «ты»? Да, это удобнее. С твоей любовью к людям, с твоей игрою, как ты назвал это впоследствии, ты был очень странен, мой друг, и я довольно долго колебался,
кто ты: необыкновенный ли дурак или такой же… мошенник, как и я. Видишь ли, такие необыкновенные ослы слишком
редко встречаются, чтобы не вызывать сомнения даже во мне. Ты не сердишься?
Коринкина.
Кто ж виноват! Вы сами не хотели; вы такой нелюбезный. Не ждете ли вы, что женщины за вами будут сами ухаживать? Хоть это и бывает, да очень
редко. Надо, чтоб вы сами…
— Да о чем же мне беспокоиться? Ты, верно, знаешь,
кто сказал: «Придите вси труждающие, и аз успокою вас». А я много трудился, мой друг! Долго был игралищем всех житейских непогод и, видит бог, устал. Всю жизнь боролся с страстями,
редко оставался победителем, грешил, гневил бога; но всегда с детской любовию лобызал руку, меня наказующую, — так чего же мне бояться! Я иду к отцу моему!
Теперь говорю только, что у нас воровство, кажись, и за грех не почиталось; а если
кто неловко украдет да поймают, так до суда
редко доходило, сейчас свой суд короткий: отомнут ребра, так что век не человек, да и пустят на карачках ползать.
—
Редко,
редко видал я его, это что говорить, а когда и приезжал, так сидит, бывало, такой молчаливый, насупленный, точно
кто его обидеть собирается…
Явились перукмахеры, стричь, чесать меня; предлагали модные парики с буклями, вержетами, прививными косами; цырюльники предлагали свое искусство брить, портные — шить платья; сапожники принесли сапоги; нанесли продажных продуктов: ваксы, мыл разных, духов всяких, шуб, плащей, часов, книг, карандашей, нот и… вот смех!.. вставных зубов, уверяя меня, что эти зубы очень легко вставить, и никто не отличит от настоящих; что здесь, в Санкт-Петербурге,
редко у
кого собственные зубы, а все ложные, подобно, как и волосы на голове…
Двадцать дет тому назад патриотизм не умели отделять от camaraderie, и
кто осмеливался говорить, что патриотизм не состоит в том, чтобы выставлять только свои достоинства и покрывать недостатки, — тот считался человеком крайних мнений и необыкновенно светлой головой. Теперь же
редко можно встретить в публике подобное смешение понятий столь различных; а почтенные деятели, прежней эпохи и теперь продолжают самодовольно декламировать, что истинная любовь к отечеству не щадит его недостатков, и пр.
Редко в
ком можно было найти соединение такой чистоты нравов с таким прямодушием, честностью и твердостью.
«В прежнее время, по словам дедушки, разговоры сии вели вполголоса или на ушко, дабы лишней какой беды оные
кому из нас не нанесли; следовательно, громогласие между нами
редко слышно было; беседы же получали от того некоторый блеск и вид вежливости, которой следы не столь приметны ныне: ибо разговоры, смех, горе и все, что вздумать можешь, открыто и громогласно отправляется».